Кузпресс: новости, проблемы, перспективы. Новокузнецк, Кузбасс, Сибирь

В Новокузнецке псевдобанкир похитил у женщины около 150 тысяч рублей

Игорь Горланов снова вышел на большую дорогу

Китайские цифровые права будут работать в России

Кузпресс: новости, проблемы, перспективы. Новокузнецк, Кузбасс, Сибирь  
  • Экономика
  • Культура
  • Экология
  • Происшествия
  • Криминал
  • Общество
  • Политика
  • Выборы
  • Спорт
  • Разное
  • Городское хозяйство
  • Новации
  • Подписка на рассылку:
    Архив:
    Пн Вт СрЧт Пт Сб Вс
      1 2 3 4 5 6
    7 8 9 10 11 12 13
    14 15 16 17 18 19 20
    21 22 23 24 25 26 27
    28 29 30 31
    Счетчики:
    Яндекс.Метрика
    КузПресс
     Главная   Новости   Официально   Рейтинг   Фото
    20.05.2010 | В своём доме, как в тюрьме просмотров: 1519 | комментариев: 0
    В пьесе Федерика Гарсиа Лорки “Дом Бернарды Альба” нет мужчин. Все десять персонажей - женщины.
    Нередко именно поэтому театры, когда надо занять не имеющих работы актрис, берут эту пьесу в репертуар. Но не эта попутная радость прельщала новокузнецкий театр. Пьесу выбрала актриса себе в бенефис, но в спектакле, так получилось, не участвует. В роли Бернарды Елена Кораблина и, к счастью, с ролью достойно справилась.
    Итак, на сцене нет представителей сильного пола, но героини только о них и говорят. И не потому, что это одна из привычных тем собравшихся вместе женщин. Причина более серьезная. Только что овдовевшая зажиточная крестьянка Бернарда Альба, для которой честь и необходимость выглядеть в любой ситуации достойной (испанка!) дороже самих ее пяти дочерей, их здоровья, их счастья, их жизни, наконец, объявляет траур на восемь лет. Она запирает своих взрослых дочерей на все замки, не выпускает на волю и свою безумную старуху-мать, кстати, тоже бредящую замужеством, и тратит на это столько душевных сил, что, кажется, и сама уже потеряла разум.
    Когда в финале младшая Адела (Мария Захарова) кончает самоубийством, Бернарда как заведенная повторяет неправду: “Она умерла невинной”.
    Режиссер Татьяна Захарова (Санкт-Петербург) начинает действие не исподволь, как у автора, не с разговора служанок, не с щадящей публику информации, а прямо со сцены в церкви, где под сводами готического храма черно от траурных платьев и платков. Набатом звучащие колокола усиливают напряжение. Здесь, а не в своем доме, как в пьесе, Бернарда объявляет о восьмилетнем трауре. Лишь потом происходит смена обстановки - служанки, моя и убирая дом перед поминальным обедом, посвящают зрителя в предысторию событий. Появляются дочери Бернарды. Они уже не в черном, когда были все неразличимы, а в каких-то серых рубахах, но столько же одинаковы, как горох в чашке. Похоже, актрисы, подчеркивая, играют отсутствие индивидуальности. Даже Адела, самая молодая и смелая, мало отличается от сестер.
    Татьяна Захарова, ставя пьесу не просто драматурга, а в первую очередь поэта, главным образом опирается на метафору, роль которой выполняют и сценография Романа Ватолкина, и хореография Светланы Скосырской.
    Сцена уставлена коваными сундуками, которые и символ детской жизни сестер. В этих сундуках они прячутся и подслушивают и вдруг одна за другой выскакивают, как чертики из табакерок. Эти сундуки - хранилище их приданого, и таскают перезревшие девушки это свое богатство на толстых, как канаты, веревках, словно бурлаки тащат по воде корабли. Танцы в спектакле не являются вставными номерами, хореографический рисунок - в заданном ритме неловкие движения нескладных девиц - отсылает память к персонажам Босха. Танец сестер выражает их состояние внутреннего дискомфорта. Думается, это не иллюстрация определения старой служанки Понсии (Ангелина Романова) дочерей Бернарды как дурнушек. Возможно, это пластически выраженная мысль о том, что противоестественная жизнь молодых женщин без мужчин уродует их.
    Пять несчастных девушек, обреченных матерью на пребывание в собственном доме, словно в застенках, с определенной периодичностью выстукивают ритм ногами, руками так, как могут делать это заключенные в тюремных камерах. А может, это означает, что остановилось время в доме Бернарды Альба.
    На премьере, правда, мне не показались эти паузы заполненными каким-либо смыслом. Они удлиняли спектакль, делая его несколько утомительным.
    Елена Кораблина создает сложный образ многодетной матери, зависящей от мнения соседей, от чужих пересудов. Есть сцена, где она пытается примирить враждующих сестер, она стоит между старшей Ангустиас (Людмила Адаменко) и младшей Аделой (Мария Захарова), раскинув руки, дотрагиваясь до плеча одной и другой.
    Автор не дал большого разнообразия своему главному персонажу. Бернарда у него жесткая, властная, скрытная, одержимая желанием выглядеть безукоризненной в глазах людей. Испанский вариант Кабанихи из пьесы Островского.
    Лорка настаивает на подлинности событий и в первой ремарке сообщает, что передал он их с документальной, фотографической точностью. Пьесу написал поэт в 1936 году. Считается, что она достигла уровня поэтической притчи. Пьеса нашла свое место в сокровищнице мировой драматургии и довольно часто ставилась на сценах нашей страны. Тем не менее сегодня она несет на себе оттенок архаики. Видимо, поэтому не так часто театры берут ее в афишу. Пытается приблизить ее к нашему времени Татьяна Захарова, применяя мощные современные средства выразительности - вдруг с колосников обрушивается град камней; сцена, находящаяся в скромном освещении, вдруг высвечивается ярким сильным прожектором, крещендо в финале звучит музыка современного композитора.
    “Дом Бернарды Альба” большая работа театра и достойна внимания. Актеры, говорят, репетировали с азартом. Остается им так разыграться, чтобы это увлечение передалось публике.

    Комментарии читателей:


    Обсуждение материала зарегистрированными гостями портала возможно на актуальной версии сайта КузПресс.    Перейти    Зарегистрироваться    В Клуб КП

    Реклама: