Клоун и Каштанка

По сцене высвеченные в полутьме летают пустые коробки, листы бумаги. Может, это ветер хочет унести их и разрушить пристанище двух живых существ - давно потерявшего работу клоуна и маленькой рыжей собачки по кличке Каштанка. Сюда прибежала она, потерявшаяся в большом городе, и пригрелась возле доброго человека и согрела его, одинокого, выброшенного на улицу, нашедшего себе приют на свалке.

Летающие те картонки снились им, только содержание из прошлой жизни было разное. И раздавались во сне какие-то запомнившиеся сердцу слова.

Этот спектакль, который так и называется “Каштанка”, по мотивам рассказа Антона Павловича Чехова поставил в театре кукол Юрий Самойлов. Клоуна в “живом плане”, то есть как в драматическом театре, сыграл Анатолий Винтенко. Сыграл деликатно, интеллигентно и проникновенно. Только в театре кукол артист может так нежно и бережно прижимать к себе собачку, сшитую из какого-то материала, общаться с ней как с живой. Только в кукольном театре изготовленная мастерами зверушка может вести себя как настоящая, вызывать жалость и сочувствие. Это зависит не только от того, как придумал ее художник, как сделали ее бутафоры, но и от того, как работают с ней актеры. “Водят” Каштанку актриса театра Надежда Карпова и студентка училища искусств Ольга Ткаченко, выполняющая свою работу не хуже готового профессионала. Девушки в черном, с закрытыми лицами. Кукловодов почти не видно на фоне такого же цвета одежды сцены и свалки коробок, затянутых черной тканью. Кулисы и задник изображают город. С высокими домами, маленькими в них окнами, за которыми чья-то жизнь, более благополучная, чем у наших героев.

В спектакле мало слов. Свою исповедь рассказывает человек собаке. Или себе? Как-то не хочется называть его бомжом, хотя обрадовались дети в зале с первого момента, как знакомому персонажу. Сразу, как только выбрался он из завала коробок. В каждом дворе они таких видят и отношение к ним уже имеют соответственное. Презрение и никакого сочувствия. Собачка бегала по коробкам. Вдруг показалась на экране тенью. Это она видела себя во сне. И заходилась в самозабвенном лае.

Крохотное существо, будь то ребенок, будь то животное, способно помочь потерявшему себя человеку найти себя. Мужчина напялил красный нос, перевернул одну из коробок и поставил ее так, что получилась кафедра или маленькая сцена. Вскинул вверх растопыренные ладони - в них оказались нарисованные глаза. Ребятишки в зале радостно засмеялись. Человек вспомнил, что он хороший артист. Показал несколько фокусов. Подкинул и поймал несколько колец. Из коробки вылез тряпичный клоун и прокатился на моноцикле. Но из зала раздался детский голос: “Каштанка! Каштанка!” И она убежала к своим прежним хозяевам. Он снова остался один. На этом можно бы поставить точку. И ведь у Чехова Каштанка вернулась в семью вечно пьющего столяра. Но в спектакле собачка снова появилась среди коробок.

Сердцу зрителя хочется успокоиться хорошим концом. Эта лишенная действия история не замечаешь как заканчивается. Казалось бы, только начали смотреть - и вот уже артисты кланяются.

Татьяна Тюрина

"Кузнецкий рабочий"