Профессия – волшебник

Экс-руководитель новокузнецкого агиттеатра "Искремас" Борис Лисач, ныне проживающий в Пензе, стал первым победителем Олонецких игр, чемпионата зимних волшебников. Этот Дед Мороз вот уже 25 лет женат на настоящей Снегурочке.

В 2016 году один из старейших Дедов Морозов Пензы Борис Лисач отпразднует очередной творческий юбилей – 45 лет он каждую зиму надевает отороченный мехом алый кафтан, берет резной посох и идет дарить маленьким детям сказку.

Душа нараспашку

"Устал ли я? Нет, конечно, - смеется Борис Николаевич в ответ на самый очевидный вопрос. – Все из-за детских глаз. Сияющих. Открытых. Знаете, я вот уже восемь лет принципиально не выхожу к взрослым. Работаю только с теми, кто по-настоящему верит в чудо.

Три года назад у меня был замечательный случай. Я тогда как раз придумал новую игру – все детки на какое-то время становятся снежинками. И вот они кружатся, кружатся по залу, а потом садятся на Деда Мороза. И когда мы в первый раз в нее играли, мне на плечо села девочка. Котенок. Года четыре. Вот она сидит – а я лежу, придерживаю шапку с бородой, чтобы не сдернули – и тут ей захотелось со мной поиграть. Она берет прядь волос из парика, накручивает на пальчик и говорит: "Ой какой хвостик! Ой какой хвостик-хвостик!". У меня слезы на глаза навернулись. И вот сейчас – рассказываю, а у самого в горле свербит. Что это такое? Магия".

Сорок четыре года прошло с тех пор, как он впервые вышел к елке, а дети нисколько не изменились.

Да, теперь они едва ли не с пеленок умеют пользоваться интернетом. Да, у них другие мечты – в советское время у Дедов Морозов просили велосипеды и кукол, а сейчас – телефоны и планшеты. Но то глубинное, истинное, чего нет у взрослых, осталось прежним. Они все так же распахнуты душой для сказки.
"А вот сами Деды Морозы изменились, - признает собеседник. – Очень много пришло в эту сферу людей, которые ставят перед собой цель просто заработать денег. Они думают, что это очень легко – накинуть кафтан, выйти к ребятишкам, прочитать им пару стишков. Нет. Это совсем не то.

Когда-то я придумал себе, как мне сначала показалось, "фишку". У многих деток, особенно самых маленьких, текут сопельки. А у меня при себе всегда платочек. Так я брал этот платочек и – раз-раз – носики им вытирал. Потом только понял – это не "фишка" вовсе. Это просто должно быть. Дед Мороз – это такой всеобщий родственник, всамделишный дедушка. И вести ему себя надлежит соответствующе. Только тогда у детей глаза загорятся. А если Дед Мороз шоумен, если он говорит "Смотрите на меня, я праздник!", это не то. Дед Мороз не праздник. Вокруг него праздник".

"Случается порой, что ко мне подходят детки и просят, чтобы папа перестал пить, - вспоминает Борис Николаевич. – Что мне на такое ответить? Или вот, недавно во время прямой линии позвонил мальчик и спрашивает негромко: "Дед Мороз, а бывает такое, что ты подарок потерял?" И все. И – комок к горлу подкатывает. Потому что я понимаю – о ребенке просто забыли. Конечно, я расскажу ему, что это я потерял подарок – шел зимним лесом, встретил лося, а он мне рогом мешок порвал. Но какое это будет для него утешение?"

Югославская фамилия

Пожалуй, многие согласятся: Лисач, что в кафтане, что без кафтана – сам персонаж почти что сказочный. А потому неудивительно, что и судьба у него сложилась совершенно сказочным образом. Например, вот уже без малого двадцать пять лет он женат на всамделишной Снегурочке.

"Мы со Светой познакомились по дороге в Новокузнецк, на режиссерские курсы, - вспоминает главный Дед Мороз. – Вышел я на перрон, увидел ее и понял – мое. Просто она очень светлый человек. Имя светлое, и сама светлая. Как к ней было не потянуться?"
Целой историей обернулось и знакомство с родителями. На тот момент Светлане было двадцать два года. Борису Николаевичу – тридцать девять. Отец Светланы – бывший шахтер, человек волевой и строгий – поначалу принял будущего зятя в штыки.

Свадьбу играли в лесу, на солнечной полянке среди сосен. Вместо блюда с хлебом-солью друзья поднесли молодым гитару, на которой стояли две алюминиевые кружки с шампанским.

"Тогда же с алкоголем вообще было трудно, - продолжает наш собеседник. – Нам по талонам выдали четыре бутылки мадеры. На двадцать пять человек. Ну смех же. И мы с супругой, каюсь, за несколько дней до свадьбы вплотную занялись самогоноварением. Ездили посменно в лес, где у наших друзей стояла избушка, делали там свои темные дела, а потом возвращались домой".

Традиции

С тех пор прошло двадцать пять лет. Двадцать пять лет счастливой семейной жизни в любви и согласии: один говорит "Сделаешь?", другой отвечает "Конечно!". Все у них общее, все совместное. И дом, и, конечно, работа: все эти годы чета Лисачей неизменно выступает на новогодних представлениях вместе. А перед этим супруги вместе пишут сценарии и вручную шьют праздничные костюмы.

Не отстает от родителей и сын Артем. На сцену он впервые вышел ровно в год. В семнадцать лет вступил в Пензенскую гильдию Дедом Морозов. И сейчас, точно так же, как и папа, дарит людям праздник. Впрочем, с такой наследственностью ожидать чего-то иного было бы странно.

"Он у нас до двенадцати лет верил в Деда Мороза, - смеется Борис Николаевич. – Уйдем мы куда-нибудь вечером – все вместе – вернемся, а под елкой уже подарки лежат. Он и самым последним уходил, и возвращался в квартиру – вроде как забыл что-то. Нет – появляются подарки из ниоткуда и все тут. Кто приносит? Дед Мороз, конечно. Это уже потом мы ему рассказали, что подарки тайком приносили друзья или соседи".