“Не продаётся вдохновенье, Но можно рукопись продать”

Испокон веков люди стремились украшать жилище.

На севере устилали полы и стены яранг и чумов звериными шкурами. На востоке главным украшением домов были ковры. Кстати, ковер на стене был свидетельством благополучия и в России. И тепло, и звуконепроницаем, и красиво. У людей бедных висели возле кровати клеенчатые коврики с русалками. В деревянных рамках смотрели на вас семейные фотокарточки, плотно прилепленные одна к другой.

“Налетай, торопись, покупай живопись!” - зазывал персонаж Георгия Вицина в известной комедии. Очереди за живописью не было. Картина никогда не была первой необходимостью, но тем не менее люди не терпят голых стен. Ни в жилом помещении, ни в присутственном месте.

Не могу сказать, что раньше явилось на свет: потребность выразить себя с помощью красок или желание украсить свое помещение произведением художника, и неважно, шедевр это, просто добротное профессиональное изделие или картинка, нарисованная любителем.

Как правило, человек, умеющий писать пейзажи, не умеет их продавать. Для этой работы существуют другие люди - арт-дилеры, галерейщики. Так постепенно создавался арт-рынок и в нашей стране. В каком состоянии он сегодня в нашем городе?

Новокузнечанам повезло - в городе собрались очень хорошие художники, с высоким рейтингом. Я говорю о профессиональных живописцах и графиках, хотя зачастую любителям коммерческий успех сопутствует вернее, чем дипломированным мастерам. Этому есть немало причин. Первая - картинки любителей значительно дешевле, вторая - работы самодеятельных художников проще и по форме, и по содержанию, а значит еще в этом смысле доступнее неискушенной публике.

“Не продается вдохновенье, Но можно рукопись продать”, - однажды изрек поэт. Нашим художникам не только можно, но просто необходимо находить покупателя. Хотя произведения художника - это его дети, и все дороги, невозможно находиться в заставленной и заваленной холстами мастерской. К тому же ему нужны деньги на то, чтобы купить холст, подрамники, раму, краски. Это у них называется - “подкормить картинку”. А это все с каждым днем дорожает. Мало-мальски приличная рамка стоит от нескольких сот рублей. У художника, как правило, есть семья, которую необходимо кормить. А еще надо платить за мастерскую. Долги арендаторов художественных мастерских вырастают до нескольких десятков тысяч рублей.

Художник не может не заниматься творчеством. Это все равно, что перестать дышать. Но ему нужен покупатель. А с ними большой “напряг”. Незнакомый человек не прийдет в мастерскую, если его кто-то из друзей хозяина не приведет. Картина без посредника, то есть не в салоне, не в галерее, не с выставки, стоит значительно дешевле. К тому же побывать в художественной мастерской - это дополнительная радость для любителя искусства. Но этот вариант не так уж распространен. Цены на картины договорные. От двух-трех тысяч рублей до 150 тысяч рублей и выше.

Существуют некие рекомендации в том же рейтинге-сборнике, изданном в Москве. Например, художник уровня 3 “в” (это высокий уровень, первый и второй - это гении российской живописи) за холст размером 50х60 сантиметров должен получить пять с половиной тысяч долларов. Об этом говорил мне художник Николай Ротко, имеющий этот самый рейтинг 3 “в”, повторю, единственный в Кузбассе и один из немногих в Сибири. Он горько смеялся. Нет у нас людей, способных заплатить такие деньги. И свои работы он, как и другие авторы, старается продать в Москве. И, похоже, не по ценам, рекомендованным российскими сборниками.

Получается, что у нас нет покупателей, способных приобрести дорогостоящие произведения искусства. Еще лет десять назад в нашем городе были художественные салоны, являющиеся и культурными центрами, но, не выдержав высокой аренды, постепенно закрылись. А городским властям, похоже, они как бы без надобности. “Творчество” (уникальный салон, гордостью которого была наша местная матрешка), культурный центр “Собор”, проводивший великолепные выставки, лишилась выставочных помещений галерея “Сибирское искусство”, даже “Малахитовая шкатулка”, в которой можно было купить много интересного, приказала долго жить.

Получается, что художникам все труднее продавать свои произведения. Так есть ли у нас в городе арт-рынок? Я разговаривала на эту тему со многими, разного достатка художниками и слышала один ответ: ничего не продается. Как вариант - плохо продается. “О каком рынке ты говоришь? У нас его нет”.

В городе есть опытные галеристы, разбирающиеся в искусстве, знающие художников, умеющие работать с их произведениями. Но многие в последние годы отошли от этого занятия. Что они думают о нашем рынке?

Галина Иванова, заведующая экспозиционным отделом Гоголевки “Художник”.

- Это были 1993 и 1996 годы, когда салон “Художник” был в Заводском районе. Мы не только продавали произведения художников, мы устраивали их выставки. Все меняется. И меняется к худшему. Рынок есть, но он стихийный, несовершенный. Художникам все меньше удается жить реализацией своего продукта. Есть салон в художественном музее. Высокопрофессионально работает галерея Муниципального банка. Вообще уникальное явление. Но это на большой город. Покупатели как таковые отсутствуют. Не прибывает и художников даже из числа любителей. Ну получили они свои мастерские. А на что жить? Все настолько зыбко. И особенно в нашем городе. В Кемерове, в Новосибирске ситуация более благополучная. Мало у нас в городе и коллекционеров. Помню, в 1993 году приезжал в Новокузнецк итальянец из маленького города с населением в 200 тысяч. Там было 50 галерей, и все преуспевали. Чтобы в немецком городе Куксхафене на открытие выставки не пришел мэр, такого не бывает. Об этом мне рассказывал один мой знакомый немец.

Анатолий Панченко, искусствовед, в прошлом новокузнечанин и директор культурного центра “Собор”, три года живет в Москве.

- Встречаюсь с искусствоведами, коллекционерами, бываю на международных антикварных салонах. Меня интересует эта тема. Рынок есть, но он не цивилизованный. Все зависит от экономики. Основная масса населения у нас (я даже о стране не говорю) на грани нищеты. Пока у российских граждан не будет свободных денег на картину, книги, концерт (в Москве цены на билеты от 5 до 20 тысяч рублей), люди не начнут покупать все это.

Ольга Галыгина, директор галереи “Сибирское искусство”.

- На мой взгляд, арт-рынок часто неправильно понимается или недостаточно полно, так как создание рынка - это не только продажа произведений. По большому счету, арт-рынок - это формирование художественного пространства и художественного сознания жителей города. Отношение к произведениям искусства у нас, у сибирских специалистов, не как к товару, а, прежде всего, к предмету духовной сферы. Не согласна, что совсем нет продаж. Все художники продают свои работы. Выполняются городские заказы, проведены работы по реставрации театра. Их мало, этих заказов, но они есть. Очень много сейчас частных заказов на оформление интерьера. И мозаику, и роспись заказывают. Поскольку не выстроена у нас структура взаимоотношений художника и заказчика, долгое время к продаже произведений относились как к чему-то постыдному. На самом деле, это самый изысканный и самый изящный вид бизнеса, в котором задействованы галеристы, художники, покупатели.