Разлилась река... в тетрадке

Кто-то собирает марки, кто-то - статуэтки, кто-то - пробки от шампанского. А в коллекции Владимира Александровича Долгова - наводнения. С самого детства неотъемлемой частью жизни Долгова была лодка. С отцом рыбачили, сплавлялись. На картинах художника-любителя - те же реки, та же рыбалка, закаты на Баланзасе. “Да вся моя жизнь прошла на реке! - восклицает Долгов. - Без нее я и жизни не представляю”.

Записывать хроники наводнений, случающихся в нашем городе, начал еще отец Владимира Александровича. Однако не только передавшаяся от родителя страсть к водной стихии заставила Долгова-младшего продолжать записи. Главная причина более прозаична.

На улице Самаркандской Владимир Александрович живет с 1995 года. Старенький бревенчатый домишко стоит у реки в каких-то трехстах метрах. Опасность наводнения велика, поэтому с приходом весны требуется всегда быть начеку.

Начиная тетрадь в 1977 году, Долгов подробно описывал ход наводнения. А потом всерьез начал задумываться о причинах, наводнения вызывающих. Со временем он пришел к любопытному выводу: причины эти профессионалами исследуются поверхностно. И предложил свою трактовку происходящего. Долгов считает, что наиболее сильные наводнения - 1977 и 2004 годов - были спровоцированы человеческим фактором. А именно “разгильдяйством и чиновничьим произволом”.

Далее в записях разъясняется, что в 1977 году были взорваны дамбы отстойника выше Междуреченска. Отстойник вовремя не освободили от воды, обильные дожди вызвали его переполнение, и отстойник взорвали. При этом вся высвободившаяся вода устремилась в Томь. “Обычное наводнение протекает иначе, - пишет Долгов. - Вода прибывает по полметра в сутки, а в тот раз за час поднималась на 10-15 сантиметров”.

Но и это еще не все. 14 лет ведя неустанную борьбу со стихией, Владимир Александрович начал заниматься прогнозами.

“2009 год. Ожидаем большое наводнение” - открываются записи за текущий год. На дворе весна, Долгов начинает подготовку к затоплению: поднимает повыше телевизор, холодильник, освобождает от вещей нижние ящики шифоньера. И ведь самое интересное - прогноз действительно оправдался.

“Откуда же вы узнали о наводнении?” - спрашиваю я. На что Владимир Александрович отвечает: “Река - она же как живая. Столько лет бок о бок с ней, уже научился ее чувствовать. Плюс ко всему были, конечно, и научные предпосылки - этой зимой снега выпало больше обычного, полуторная норма”...

“Что-то будет дальше?” - вопрошает последняя на сегодняшний момент запись в тетради Владимира Александровича. Поживем - увидим.