Оставим украм только Укру

Как те земли, которые ныне называются Востоком Украины, стали Украиной

Прочитал на официальном сайте Олега Тягнибока мнение о том, как же сделать Украину – украинской: "Чтобы создать действительно украинскую Украину в городах Востока и Юга, одной лишь люстрации будет мало, надо для этого вообще отменить парламентаризм, запретить ввоз в Украину любой литературы из РФ, запретить печать чего-либо на русском языке, даже букваря, полностью заменить руководящий состав госслужащих, управление образованием…, физически ликвидировать всю русскоязычную интеллигенцию… казнить всех членов антиукраинских партий и организаций. Не только пророссийских, но и прорумынских, провенгерских, протатарских…" Тема для обсуждения на этом неонацистском форуме партии "Свобода" называлась: "Чи варто нам вiдпустити Донбас i Крим?". (Надо ли нам отпускать Донбасс и Крым?).

Конечно, можно назвать это мнение экстремистским, провокационным, но я говорю не о провокативности, а о сути вопроса, который ставится бандеровцами вполне объективно и правильно. Что сделать для того, чтобы, наконец, это искусственное советское образование превратить в нормальное региональное национальное государство? Помнится, на эту тему я как-то лет десять назад говорил с одним из лидеров УНА-УНСО Дмитрием Корчинским у нас в Москве, в Союзе писателей России. Тягнибоковцы нынче хотят запретить и русский язык, каким-то образом свести к минимуму русское население Юга и Востока. Я же предлагал другое: вы хотите по-настоящему украинизировать Украину, для этого я бы на вашем месте сам отказался и от Крыма, и от Донбасса, и от Одессы, от всей Новороссии. Только тогда в течение поколения вы сформируете единое украинское государство. Я понимаю вас. Вы – не имперский народ, региональный народ, Вам просто не переварить 20 миллионов, да каких 20, все 40 миллионов русскоязычных граждан Украины. Значит, так и будете неполноценным государством. Значит, надо или уничтожить русскоязычное население, или самим, пока не поздно, отказаться от этих областей. Вроде бы украинские националисты и понимают это, но … жалко отдавать территории. Которые и заполучили по дурости самих русских правителей. Украинские националисты вроде бы даже не отрицают, мол, у России мы ничего не захватывали, а если они сами отдали нам и Донбасс, и Галицию, и Крым, и Одессу, зачем же мы от такого богатства отказываться будем?

Подумали бы своей головой. Может, Иосиф Сталин и осознанно присоединил к деревенской, глубоко провинциальной украинской Украине Донецко-Криворожскую республику, чтобы рабочими Донбасса и Днепропетровска русифицировать сознание малороссов? Вспомните историю половины XVII века: Киев, Галичина, Запорожская и Турецкая (о которой все нынче тактично умалчивают) Сечи, Крым, - а между ними Дикое поле. Вспомните, как начиналась Советская Украина, образовались Одесская республика, Донецко-Криворожская республика со столицей в Харькове, о Крыме вообще никто не помышлял, Закарпатье и Галичина были в Польше и Чехии. Такой и была нормальная национальная Украина, без всякого выхода к морю. И Запорожская Сечь с морем не граничила. У моря были турки, которых позже и разбили русские полководцы и адмиралы: Измаил все-таки Суворов штурмовал, а не запорожцы, да и море Черное осваивали адмиралы Ушаков, Синявин, Нахимов…

Вспомним, что о едином Донецко-Криворожском промышленном регионе заговорили крупные предприниматели Юга России еще до Октябрьской революции. Долго думали, где размещать столицу: в Екатеринославе (ныне Днепропетровск), или же в Харькове. Сошлись на Харькове. Уже после февральской революции, с 25 апреля по 6 мая 1917 г. в Харькове состоялся 1-й областной съезд советов рабочих депутатов Донецкой и Криворожской областей, на котором завершилось объединение Харьковской, Екатеринославской губерний, Криворожского и Донецкого бассейнов.

Еще крупнейший южнорусский промышленник Николай фон Дитмар писал 1 августа 1917 г. Временному правительству от имени предпринимателей края:

"Вся эта горная и горнозаводская промышленность составляет вовсе не местное краевое, а общее государственное достояние и ввиду колоссального значения этой промышленности для самого бытия России, конечно, не может быть речи о том, чтобы вся эта промышленность и эта область могла находиться в обладании кого-либо другого, кроме всего народа, и быть в подчинении какой-либо власти, кроме власти всего народа — власти государства. Не может государство и его орган — Правительство — созданную вековыми усилиями и средствами всего народа и самого государства южную горную и горнозаводскую промышленность — основу экономического развития и военной мощи государства и все вековые труды на заселение и процветание прежде пустынного края — взять у всего народа и передать провинциальной автономии и может быть даже федерации, основанной на резко выраженном национальном признаке...

Надо считать возможным и необходимым вне всяких национальных автономий известную децентрализацию власти и управления, но и с этой точки зрения — органы такой местной власти и управления должны быть в Харьковском районе и не могут быть перенесены из Харьковского района в Киевский, ибо одинаково этот перенос мог бы быть сделан, например, в Царицынский или Кавказский район, и с гораздо большим успехом в Москву".

Дитмар высказывал мнение от имени крупнейших южнороссийских предпринимательских кругов, они не видели ничего общего у промышленных регионов Юга России с Центральной Украиной: "Весь этот район, как в промышленном отношении, так и в географическом и бытовом представляется совершенно отличным от Киевского. Весь этот район имеет свое совершенно самостоятельное первостепенное значение для России, живет самостоятельною жизнью, и административное подчинение Харьковского района Киевскому району решительно ничем не вызывается, а наоборот, как совершенно не отвечающее жизни, такое искусственное подчинение только осложнит и затруднит всю жизнь района, тем более, что это подчинение диктуется вопросами не целесообразности и государственными требованиями, а исключительно национальными притязаниями руководителей украинского движения".

С этим мнением соглашалось и Временное правительство. Согласно официальному циркуляру Временного правительства от 4 августа 1917 года территория самой автономной к тому времени Украины ограничивалась лишь Киевской, Волынской, Подольской, Полтавской и Черниговской губерниями… Три новороссийские (Екатеринославская, Херсонская и Таврическая), Харьковская (Слобожанщина) и частично Черниговская (Северщина) губернии изымались из ведения Центральной Рады. Присоединение их к украинской автономии было возможно лишь при условии, если население за это выскажется. Как современно это звучит. Будто и ста лет не прошло.

По сути, эту идею признал и видный большевик Артем (Сергеев) в 1918 году. После октября 1917 года вполне легитимный по тем временам орган власти Донецко- Криворожской области — исполком местных советов — принял официальную резолюцию: "Развернуть широкую агитацию за то, чтобы оставить весь Донецко-Криворожский бассейн с Харьковом в составе Российской Республики и отнести эту территорию к особой, единой административно-самоуправляемой области". И уже 27 января 1918 года, на 4-м областном съезде была провозглашена Донецкая республика, естественно, в составе России. Жена Артема позже вспоминала: "Все серьезные и важные мероприятия Артем обязательно согласовывал с ЦК партии, лично с В. И. Лениным, слово которого для него было законом. Так, например, несколько раз он обсуждал с Владимиром Ильичом вопрос о целесообразности создания Донецко-Криворожской республики в данной ситуации. И когда в феврале 1918 г. республика была создана, Ленин горячо приветствовал председателя ее совнаркома — Артема".

Границы Донецкой республики были определены в официальной ноте Артема, переданной им руководителям европейских держав накануне вторжения немцев в Харьков: "Что касается границ нашей Республики — они... должны быть известны Киевскому Правительству. Всего несколько месяцев тому назад Киевская Рада в договоре с князем Львовым и Терещенко установили восточные границы Украины как раз по линии, которая являлась и является западными границами нашей Республики. Западные границы Харьковской и Екатеринославской губерний, включая железнодорожную часть Криворожья Херсонской губернии и уезды Таврической губернии до перешейка всегда были и сейчас являются западными границами нашей Республики. Азовское море до Таганрога и границы угольных Советских Округов Донской области по линии железной дороги Ростов— Воронеж до станции Лихая, западные границы Воронежской и южные границы Курской губерний замыкают границы нашей Республики".

И даже в 1919 году после самороспуска Донецкой республики под давлением Сталина, вплоть до 12 съезда РКП(б) в 1923 году многие опытные хозяйственники поднимали вопрос об особом статусе Донбасса.

Но, восторжествовала идеология. Решили "разбавить мелкобуржуазную Украину пролетарским элементом Донбасса". Эта мелкобуржуазная идеология и торжествует сегодня на Украине.

Решительными противниками Донецкой республики, увы, были почти все советские руководители самой Украины. Первый глава Советской Украины Николай Скрыпник писал в статье "Донбасс и Украина" о главной проблеме, как "с помощью рабочего класса, русского по национальности или русифицированного, который презрительно относится порой даже к малейшему намеку на украинский язык и украинскую культуру, - с его помощью и его силами завоевать себе крестьянство и крестьянский пролетариат, по национальному составу украинский...". Он и был сторонником самой жесткой украинизации Донбасса: "Для того чтобы осуществить свои классовые, пролетарские, коммунистические задачи, рабочему классу на Украине нужно, обязательно нужно не отождествлять себя с русским языком и с русской культурой, не противопоставлять свою русскую культуру украинской культуре крестьянства, напротив, нужно всемерно идти в этом деле навстречу крестьянству". Приказано было русским перестать быть русскими.

О Донецкой республике запрещено было писать, и даже упоминать о ней в советское время, когда вопреки всем сегодняшним заявлениям проводилась всемерная украинизация всей русской Украины, не любят вспоминать и сегодня. Недавно, наконец, вышла первая книга о Донецко-Криворожской республике, очень толково написанная историком Владимиром Корниловым. Она сразу же стала бестселлером не только на Украине, но и в России. Стала не только литературным, но и политическим событием. В этой книге собраны уникальные, никогда ранее не публиковавшиеся документы, материалы периодической печати времен революции и гражданской войны, обобщены научные труды, ранее известные лишь узкому кругу исследователей. Читатель узнает, каким же образом те земли, которые ныне называются Востоком Украины, стали собственно Украиной.

Также мало известно и об истории Одесской республики. Тоже возникшей в 1918 году. Одесса всегда помнила о своем статусе "вольного города" с 1817 по 1856 годы, когда она жила по правилам "порто-франко", за это время Одесса стала одним из богатейших городов России. В конце декабря 1917 года она вернула себе статус "вольного города", а в январе 1918 года большевики вместе с компанией Мишки Япончика свергли власть Центральной рады и объявили о создании Одесской республики. В январе 1918 года дружина Мишки Япончика совместно с большевиками, анархистами и левыми эсерами освободила Одессу от излишней украинизации. Заодно уничтожили и картотеку на 16 тысяч одесских уголовников. Одесская советская республика была провозглашена 18 января 1918 года на территории Херсонской и Бессарабской губерний. Обратите внимание, почти все территории нынешней Приднестровской Молдавской Республики в 1918 году входили в Одесскую республику.

Я обращаю внимание, что все эти яркие события, выводившие всю Новороссию из состава УНР, ЗУНР и даже Советской Украины, проходили и в царское время, и при Временном правительстве и Центральной Раде, и в советское время, и носили не столько политический, сколько стихийный национальный прорусский характер. И за прошедшие сто лет ничего не изменилось.

Забудем на время о самой России. Не было и нет никакой единой Украины, о которой твердит нынешняя российская власть. Была и есть та самая Укра, Запорожская Сечь, которую будто бы заселяли наши древнейшие античные укры, или нынешние украинцы, и была и есть Новороссия, заселенная исключительно русскими или русскоязычными жителями. Также плавно к этой Новороссии органично присоединяется и Приднестровье. Увы, но никогда не смогут сами украинцы, как бы хорошо к ним ни относиться, отнюдь не имперский народ, переварить русскую имперскую половину. Или в лучшем случае будет федеральное государство, состоящее из Малороссии, Новороссии и Крыма, а может, отдельно и западенцев. Или же при дальнейшей бандеризации Украины произойдет мирный или кровавый раздел, как минимум, на две части – Новороссия и Малороссия. Даже если сама Россия вновь предаст своих русских братьев. Они сами никогда не смогут украинизироваться.

Тут уж, на самом деле, или всех русских украинцев надо расстреливать, как предлагает партия "Свобода", или отпускать на волю, сосредоточившись на собирании самой неньки Украины.

Вполне жизнеспособна и возможна и ныне Новороссия, или Донецкая Федеративная республика в составе Донецкой, Днепропетровской, Запорожской, Луганской, Харьковской, Херсонской, Николаевской, Одесской областей, куда вошли бы и Крым, и Приднестровье. Население около 20 млн. человек. Выход к морю. Высокая промышленность, научная и техническая элита. Разделились же мирно чехи и словаки, друг другу не мешают. Так бы и Украине мирно разойтись. Да только кто им позволит? Ни Европа, ни Россия, ни Америка…

Сегодня стали сверхактуальны стихи Иосифа Бродского "На независимость Украины":

Скажем им, звонкой матерью паузы медля строго:

скатертью вам, хохлы, и рушником дорога!

Ступайте от нас в жупане, не говоря - в мундире,

по адресу на три буквы, на все четыре

стороны. Пусть теперь в мазанке хором гансы

с ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.

Как в петлю лезть - так сообща, путь выбирая в чаще,

а курицу из борща грызть в одиночку слаще.

Прощевайте, хохлы, пожили вместе - хватит!

Плюнуть, что ли, в Днипро, может, он вспять покатит,

брезгуя гордо нами, как скорый, битком набитый

кожаными углами и вековой обидой.

Не поминайте лихом. Вашего хлеба, неба,

нам, подавись мы жмыхом и колобом, не треба.

Нечего портить кровь, рвать на груди одежду.

Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.

…..

Ой да Левада-степь, краля, баштан, вареник!

Больше, поди, теряли - больше людей, чем денег.

Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза -

нет на нее указа, ждать до другого раза.

С Богом, орлы, казаки, гетманы, вертухаи!

Только когда придет и вам помирать, бугаи,будете вы хрипеть, царапая край матраса,

строчки из Александра, а не брехню Тараса.

.

Эта явно имперская, явно прорусская ода "На независимость Украины" написана в 1991 году и прочитана Иосифом Бродским 28 февраля 1994 в Квинси-коледж (США). У меня есть магнитофонная запись этого прочтения.

И впрямь. Пусть уж теперь сами немцы и поляки решают свои вопросы с украинцами. Что нам встревать. И русская имперская культура им не нужна, осталось только им с Новороссией разойтись по-хорошему. Мы уж будем в этом году праздновать 200-летие Михаила Лермонтова, а укры будут торжественно отмечать 200-летие Тараса Шевченко. Каждому – свое. Прощевайте, хлопцы, пожили вместе – хватит! Лишь пора перестать свои русские территории отдавать чужим народам.