Особенности премьерской речи

Премьеры редко признают свои ошибки. А зачем? На них все равно укажут политические конкуренты. Если, конечно, конкуренты имеются. Тем удивительнее было услышать признание, сделанное Владимиром Путиным в Челябинске, куда он прибыл на совещание по металлургии по случаю пуска нового комплекса нержавеющей стали.

Вот цитата из речи премьера, обошедшая российскую деловую прессу на уходящей неделе: "Я, кстати, помню вот тот выпад в адрес "Мечела". Я могу только сожалеть о том, что это привело к падению его капитализации тогда процентов на 20 сразу или на сколько?".

Вообще-то, почти на тридцать. Несколько фраз, публично произнесенных Владимиром Путиным ровно два года назад, моментально снизили биржевую капитализацию "Мечела" на пяток миллиардов долларов. Напомним, раздражение премьера вызвали манипуляции этой компании с коксующимся углем.

"Мечел" продавал его по бросовой стоимости своей оффшорной "дочке", а затем тот же уголь, лежащий на складах в России, предлагался нашим потребителям уже по мировой цене. Этот бизнес-маневр сделал кокс дефицитным товаром на местном рынке и сильно напрягал российские металлургические компании, из числа не имеющих собственных коксовых копей. Зато приятно ослаблял для "Мечела" налоговую нагрузку. "Где маржа?!" - воскликнул премьер и пообещал прислать докторов господину Зюзину, который предусмотрительно отсутствовал по болезни на том злополучном совещании.

Случившийся после него обвал увлек вниз отчасти еще и акции "Евраза" с "Распадской". И обозначил воронку, в которую через несколько недель ухнула вся российская биржа. Правда, тот оглушительный камнепад спровоцировали уже не чьи-то речи, а более мощные сотрясения воздуха, которым дышала вся мировая экономика. Наступил глобальный кризис...

"Мечел", однако, как выясняется, не затупился и не заржавел - вон даже запустил новое производство нержавеющей стали. А еще до этого смиренно выплатил огромный штраф, наложенный на него Федеральной антимонопольной службой, и привел свою экспортную политику в соответствие с государственными интересами. Не оттого ли дрогнуло сердце премьера? В Челябинске он не ограничился самокритикой – расточал похвалы Игорю Зюзину, который "все сделал и исполнил , как обещал".

Однако не будем переоценивать премьерскую склонность к покаянию. После аварии на "Распадской" и недавних заявлений экспертов, что на восстановление шахты уйдут многие месяцы, если не годы, происходящее на рынке коксующихся углей стало вновь напоминать ситуацию 2008 года. В конце апреля аналитики прогнозировали, что среднегодовая цена на концентрат в России составит 130 долларов, и называли ее приемлемой для потребителей и "более чем комфортной для производителей". Но после аварии цены поползли куда быстрее. Похвала "Мечелу" из уст Владимира Путина - не что иное, как строгое предостережение всем коксовым магнатам насчет искушения сыграть на дефиците.

Трудно сказать, чего стоило главе правительства высказать сожаление о своем "выпаде", но на бирже его слова опять-таки обрели внушительное стоимостное выражение. Капитализация "Мечела" после совещания в Челябинске выросла более, чем на 700 миллионов долларов. Премьерскими устами да мед пить!

К слову, в четверг в Британии была продана на аукционе вставная челюсть Уинстона Черчилля. Пишут, что протез сконструирован специальным образом – чтобы сохранить особенности дикции английского премьера. Он отчего-то не желал расставаться со своей природной шепелявостью. Что, кстати, не мешало ему быть прекрасным оратором. Посредством этого изделия из керамики и золота Черчилль объявил об окончании Второй мировой войны в Европе.

Сравните 24 тысячи долларов, за которые ушла челюсть, с 700 миллионами, обусловленными особенностями речи нашего премьера. Вот так-то! Правда, был еще минус в 5 миллиардов. Ну да кто старое помянет...