Халаты в красных петухах

Традиционно катастрофичный для России август на этот раз подверг страну испытанию огнем. Сибирь и Кузбасс, правда, Бог пока милует. Должно быть, рассудил, что сочетать аномальные холода с запредельной жарой в одном календарном году будет не по-божески. Но Центр страны в дыму и пламени.

Зловредная стихия! Кто ж знал, что нельзя строиться на осушенных торфяных болотах? Кто бы мог подумать прошлой осенью, когда сокращали на 20 процентов бюджет лесного хозяйства на 2010 год, что стоит прислушаться к воплям российского Гринписа, пророчившего невиданные пожары? И кто ведает, почему через двадцать лет рыночных реформ главным страховщиком у нас остается госбюджет, в который раз берущий на себя заботу о том, чтобы погорельцы не пошли по миру?

Между тем, поводы задуматься над пожароопасным будущим подавали не только злопамятные 2002 и 1972 годы. Еще в 1927-ом журнал "Огонек" напечатал роман "Большие пожары". То был уникальный опыт написания коллективного бестселлера. Каждая глава в нем принадлежала перу одного из 25 авторов, в числе которых значились Грин, Толстой, Зощенко, Каверин, Нилин, Кольцов...

У "Больших пожаров" был авантюрный сюжет, прихотливо выстроенный по буриме-принципу. В заштатном городке Златогорске происходит серия необъяснимых пожаров... Поскольку буйный авторский произвол каждого из писателей выжигал во всякой главе по городскому кварталу, как-то само собой вышло, что эти бедствия обрели масштаб, если не вселенской, то всероссийской драмы. А в главе, написанной Бабелем, есть даже упоминание о загадочной женщине, уехавшей в Армавир сниматься в драме-утопии, действие которой происходит после 2000 года "в чудовищно индустриализированной стране". Не задержалась ли в нашей эпохе эта "фосфорическая женщина"?

Вопрос можно присовокупить к тем, что упомянуты выше. Правда, смысла в них не больше, чем в вопросе, зачем нужна была Военно-морскому флоту авиабаза под Коломной. Какая разница? Она уже сгорела вместе с карьерой десятка высших военных чинов, обвиненных в преступной халатности. И, окажись под боком у стратегического объекта не столица, а морская пучина, не факт, что ее хватило бы, чтобы залить водой стратегическое разгильдяйство.

На всякий вопрос о природе российских бедствий есть один ответ, формулируемый опять же в форме вопроса: кто ж знал, что так получится? Даже Николай Васильевич Гоголь не мог предположить, что придуманное им слово "халатность" ("халатное побуждение российской души"), в будущем, утратив свежесть и образность неологизма, превратится в ст. 293 УК РФ "Халатность".