Как восстановить Донбасс?

Der Spiegel опубликовал секретный отчет об экономической ситуации в Новороссии.

Немецкий журнал Der Spiegel опубликовал выдержки из конфиденциального отчета об экономическом состоянии Донбасса. 12-страничный документ якобы подготовлен для администрации президента Владимира Путина группой московских экспертов совместно с украинскими чиновниками, бежавшими из "незалежной", сообщает "Инопресса".

Отчет характеризует ситуацию в Донбассе как "катастрофическую". Вот ключевые цитаты, которые приводит Der Spiegel:

"По сравнению с предыдущим годом промышленное производство в Донецкой области снизилось на 59%, в Луганской – на 85%. Остановили работу 69 из 93 угольных шахт, 40 тыс. малых предприятий обанкротились, встали семь сталелитейных заводов. Производство продуктов питания сократилось на 25-30%".

"За время военных действий уничтожены 30 мостов и тысяча километров автомобильных дорог. 58 теплоэлектростанций имеют повреждения, в 47 деревень в Донецкой области не подается электричество. Полностью уничтожены 4585 жилых домов".

"Больше половины работоспособного населения потеряло работу и доходы. Донбассу угрожает гуманитарная и экономическая катастрофа".

Кроме того, Der Spiegel сообщает, что рабочая группа экспертов занимается подсчетом точной стоимости восстановления экономики Донбасса, и уже сейчас понятно: на это потребуются многомиллиардные субсидии в евро. К примеру, одно только восстановление разрушенного Донецкого аэропорта будет стоить миллиард евро, – указывает немецкое издание.

"Москва вряд ли сможет позволить себе такие траты, поскольку в настоящее время российская экономика испытывает на себе последствия упущенных структурных реформ, присоединения Крыма и санкций Запада", – подчеркивает Der Spiegel.

Так ли катастрофично разрушен Донбасс, и что необходимо для восстановления региона?

– В случае с Донбассом допустимо проводить параллели со Второй мировой, когда союзники – американская и английская авиация – проводили выборочные бомбардировки немецких городов, – считает председатель Русского экономического общества им. С.Ф. Шарапова, профессор кафедры международных финансов МГИМО (У) Валентин Катасонов. – Предприятия в Германии, которые принадлежали американскому и английскому капиталу, а также некоторые немецкие предприятия, которые были тесно связаны с западной экономикой, продолжали функционировать даже в последние месяцы войны – союзническая авиация очень аккуратно обходила их стороной.

Сегодня в Донбассе происходит нечто похожее. Только кажется, что "укры" стреляют без разбора. На деле, стрельба идет очень селективная, и целый ряд так называемых системообразующих предприятий Донбасса продолжают функционировать.

К сожалению, у нас нет хороших обзоров по экономической ситуации в Донецкой и Луганской народных республиках, но я могу кое-что сказать по этому поводу. К 7 ноября в украинских СМИ прошла алармистская информация: Министерство финансов Украины сообщило, что Луганская и Донецкая области снизили отчисления налогов в украинскую казну на 20% по сравнению с 2013 годом. Но есть тонкость: для этих двух областей Киев пересмотрел контрольные показатели налогов, и если сравнивать фактически уплаченные налоги с пересмотренными показателями, эти два субъекта выполнили план по налогам за 10 месяцев 2014 года на 97%. Как вам это нравится?

– Парадокс, правда? Да, в середине лета Новороссия де-факто была отключена от киевских денежных трансфертов, а в ноябре премьер Арсений Яценюк официально заявил, что Киев прекращает всякие бюджетные перечисления в Новороссию. И что если ее жители хотят получать пенсии и пособия, они должны каким-то образом переходить линию фронта, и на украинской территории, в соответствующих учреждениях, получать свои деньги.

И в то же самое время системообразующие предприятия в Донбассе, которые приносят налоги в украинскую казну, продолжают работать. Чтобы они работали, необходимо, чтобы люди на этих предприятиях получали зарплату. И они ее получают – деньги определенными способами, наличными, завозятся на эти предприятия.

Поступают на эти предприятия с основной территории Украины и электричество, и природный газ. Летом Яценюк говорил, что "мы своих не бросим", имея в виду, что несмотря на боевые действия, Киев продолжит выплачивать пенсионерам и бюджетникам в Донбассе пенсии, пособия и зарплаты. Сейчас Яценюк об этом обещании забыл, но у него появилась другая формулировка: "наши люди не замерзнут зимой".

Яценюк лицемерит: с одной стороны, украинский премьер фактически согласился с тем, что люди в Новороссии должны умереть от голода, поскольку трансфертов нет, с другой – заявляет, что этих людей надо обогревать. Но истинная цель действий украинского премьера состоит в том, чтобы предприятия Донбасса не остались без энергии и продолжали работать.

Для полноты картины следует добавить, что часть выручки донецких предприятий до сих пор оседает в офшорах.

– Там создается и своя налоговая, и своя банковская системы. В мае ополченцы уже ставили донецкому миллиардеру Ринату Ахметову условие – платить налоги по месту находжения предприятий. Однако Ахметову удалось отвертеться – в Новороссии не было ни налоговых органов, ни банков.

Но сейчас ситуация становится острой и даже критической – все юридические лица на территории Новороссии должны зарегистрироваться как налогоплательщики. Возникает вопрос: ополченцы по-прежнему будут согласны с тем, что крупные предприятия отчисляют налоги в Киев? Думаю, нет.

Но и Ахметов вряд ли согласится платить налоги по месту нахождения предприятий. Если он сделает это, то получит "черную метку". На Украине, и даже в Европе заявляют о том, что уплата налогов на территории Новороссии приравнивается к финансированию "террористов".

– Это пока работают. Но сейчас, повторяюсь, ситуация может измениться – по политическим причинам. Если Ахметов не будет платить налоги, ополченцы будут вынуждены предпринимать ответные меры. А остановить предприятия Ахметова несложно – ополченцы их физически контролируют, просто до поры до времени они придерживались негласных компромиссных договоренностей с олигархом.

Сейчас фактически и предприятиям, и Ахметову поставлен ультиматум: либо вы платите, либо… По сути, донецкий олигарх оказывается между молотом и наковальней. Он не может платить ополченцам, поскольку в глазах Киева это является финансированием терроризма, и не может платить Киеву – в глазах ополчения это является финансированием вооруженных сил противника.

– Не знаю. Очевидно одно: ни у Ахметова, ни у Киева, ни у ополченцев простых решений в такой ситуации нет.

– Совершенно верно.

– Я считаю, в этом и заключается реальный выход из ситуации, хотя тоже очень непростой. Уголь и продукция черной металлургии из Новороссии будут в этом случае конкурировать с аналогичной продукцией российских производителей. И как это противоречие решить – навскидку сказать не берусь.

Другое дело, Россия могла бы предоставить коридор для вывода угля и металла из Новороссии через российскую территорию на рынки третьих стран. Но это быстро не организовать, на это требуются месяцы.

Тем не менее, думаю, ополченцам давно следовало бы вести о таком коридоре переговоры с российской властью. В конце концов, в данном случае политика не затрагивается – речь идет лишь о деловых отношениях между конкретными компаниями, которые могли бы покупать и перепродавать продукцию из Новороссии, или представлять ее интересы в качестве торговых агентов.

Необходимо что-то делать и с банковской системой Новороссии. Понятно, если донецкие и луганские банки будут вести дела с российскими банками, у последних могут возникнуть сложности из-за санкций со стороны Запада. Но, с другой стороны, у нас есть "замкнутые" банки, которые не выходят на мировой рынок, и которых санкции не касаются. Здесь уже схемы взаимодействия возможны.

Я уже не говорю о том, что Донецкая республика признана Южной Осетией. Это значит, Донецк может выстраивать связи с южноосетинскими банками, которые, в свою очередь, имеют связи с российскими банками.

Словом, выходы есть. Они не могут считаться простыми, но работать в этом направлении необходимо. Не знаю, правда, думают ли над этим в руководстве нашей страны.

– Тут ситуация достаточно противоречивая. Киев несколько раз заявлял, что готов участвовать в восстановлении Донбасса, шли даже разговоры, что нужно в бюджете Украины предусмотреть отдельную статью на восстановление разрушенной инфраструктуры Донецкой и Луганской областей. Но, мне кажется, это заявления пропагандистского толка.

Мы пока никаких конкретных решений в части восстановления Донбасса, или даже намеков на решения, не озвучивали.

Мне известно, что в Донецкой республике создана специальная структура, которая занимается оценкой и инвентаризацией всех ущербов. Это – правильный шаг. В конце концов, этот ущерб нужно оформлять в виде репарационных требований по отношения к Киеву.

Я не питаю иллюзий, что Киев что-то заплатит. Но репарации, по крайней мере, будут неплохим инструментом в переговорах Новороссии с Киевом.

Репарационные требования – это, можно сказать, мода XXI века. Та же самая Латвия в сентябре озвучила репарационные требования к РФ, как правопреемнице СССР, на сумму в 300 млрд евро – за так называемую "советскую оккупацию". Репарации сегодня – это коммерциализация истории и монетизация межгосударственных отношений.

На деле, трудно сказать, кто возьмет на себя возмещение ущерба Новороссии. Хотелось бы верить, что это возмещение ляжет на наши плечи: все эти затраты окупятся. Дело в том, что Новороссия, особенно Донецкая республика – это регион-донор в чистом виде.

– Территория Донецкой и Луганской народных республик подверглась авиационным бомбардировкам, а потом еще и жесточайшим артобстрелам, – отмечает руководитель центра координации "Новая Русь" Алексей Анпилогов. – На фоне этого разрушения экономическая жизнь Новороссии, в том числе, стараниями Киева, который фактически блокировал банковскую систему региона, находится в состоянии коллапса.

С другой стороны, для России бросить сейчас Донбасс – значит получить на южных границах, условно говоря, три Чечни (сейчас на территории АТО проживает около 3 млн человек, в Чечне – около миллиона). Готова ли Москва получить по соседству малоуправляемый анклав, который уже сейчас не контролируется Киевом – для меня вопрос открытый. Скорее всего, это та ноша, которую России в любом случае придется взвалить на свои плечи.

И здесь уже возникает вопрос: что подлежит восстановлению в Донбассе, а что можно восстанавливать через 5-10 лет? Да, я понимаю желание Донецка иметь международный аэропорт. Но возможно ли это сейчас, в ситуации, когда данный аэропорт находится, по сути, на линии фронта? Скорее всего – нет, его восстановление лучше отложить до более спокойных и сытых времен.

Что касается самого Донбасса, последние 20 лет он был экспортно-ориентированной территорией Украины, которая давала порядка трети всего украинского экспорта. При этом экспорт создавался исключительно на коротких технологических цепочках: уголь-кокс, руда-чугун-металл. Поэтому если брать восстановление базовой структуры – это вполне реальная задача, посильная РФ. Выполняя ее, Россия может спасти регион от гуманитарной катастрофы.

Но обеспечить выживание среднего класса, который был в Донбассе до начала гражданской войны – задача неподъемная. Люди активные, имевшие достаток, в основном покинули Донбасс. Возможно, они вернутся под проекты, связанные с восстановлением экономики. Но, думаю, это будут люди идейные, понимающие, что они приехали восстанавливать родной край после гражданской войны. А уж когда она закончится – вопрос, понятно, не экономический, а военно-политический…

Не стреляй!